Оболонь в 1240-1850

Парникоза И.Ю.

«Место от Киево-Подола, между берегом Днепра и горами, сопровождающих эту реку с правой стороны, в с. Вышгорода, на пространстве почти 13-верст, есть ничто иное как лука. Меньшая часть ее, ближе к городу, представляет собой прекрасную сенокос и называется Оболонью ... Сия лука с марта до половины мая почти вся покрывается водами Днепра: на ней берет начало свое Почайна ».

М. Закревский, 1865

В XIV-XVIII вв., Так же как в предыдущем древнерусский этап, во Оболонью понимали северную часть современного Подола, которая начиналась сразу за подольскими укреплениями над Глыбочицей. Оболонь была известна путешественникам 1-й половины XVII в. На Оболонь, как пространство между Кирилловского монастыря и Днепром, указывал А. Кальнофойский в XVII в. М. Берлинский конце XVIII в. говорит о Иорданскую (Кирилловская) Оболонь, которая на протяжении половины XVII в. входила в состав Бискупщины. Луговые массивы-сенокосы описывает в 1865 г.. М. Закревский. А. Муравьев писал о «Оболонью», которое простирается вдоль Щекавице (Вакулишин 2009; 2014).

Южная граница собственно Оболони - в понимании заливных лугов, смещалась на север в ходе развития поселений за Глыбочицей. Некоторые участки по Глыбочицей были освоены еще в XII в. в частности на ул. Константиновский, 55 обнаружена симишарова вымостка дороги, направление которой оставался неизменным с XII до XIX в. Как мы уже описывали, в последнюю четверть XVI в. южная оконечность Оболони начинает застраиваться Подольский пригородом, но существенного расширения города в этом направлении в п. п. XVII в. не происходит. Этому способствовали два фактора. Во-первых, значительная здешних территорий была заболочена. Культурный слой появляется здесь только в ХVИII ст. Так, современные район ул. Константиновской и начале ул. Юрковского находились на берегу Почайны и были покрыты заливными лугами (Климовский, 2002). На плане И. Ушакова 1695 и еще в начале XVIИI ст. за Царекостянтинивською церковью вдоль Вышгородской дороги у Йорданивського и Кирилловского монастырей на болотах под горами существовали «мосты на грязях», которыми вдоль возвышенности шла дорога на Вышгород. Во-вторых, здесь располагались владения католического епископа, которые были недоступны для заселения мещанами и блокировали заселения дальнейших участков Оболони, создавая препятствие для развития Подола. Поэтому, в первой половине XVII в. под Щекавицей располагаются только бискупски «плацы», а в районе совр. ул. Введенской - Рыбацкая слобода, которая также находилась в составе Бискупщины. После ликвидации Бискупский юридики на плане 1695 территория восточнее Глубочицы все еще показана как слабозаселенная. На берегу Почайны показано 6 «Анбар» и еще один «анбар» на пристани, которые маркируют тогдашнюю киевскую гавань. Позади Воскресенской ворот Подола располагаются «слободы грецкие». От церкви Константина и Елены дорога ведет на Вышгород за «мосты на грязях» под Иорданским монастырем. Здесь показаны слободы-дворы, а под горой с Кририливським монастырем - огороды. В д.п. ХVII в. здесь возникает слобода Плоская или Плосколиська, которая по состоянию на конец XVIII в. была присоединена к Подолу. Однако даже в это время прибрежные кварталы в районе совр. ул. Оболонской все еще включали в Оболони (Вортман, 2007). Подробнее историю северной окраине Подола в описываемый период мы изложили в предыдущем разделе.

В дальнейшем же под Оболонью мы будем понимать территорию заливных лугов от ручья Юрковице до северной границы пойменной террасы, которая сохранилась и по сей день отмечена краем боровой террасы - песчаными подчистками. Прилегающая к ним северная часть поймы носила название - Вышгородская обильно (Климовский, 2002).

Ландшафт Оболони в описываемый период мало чем изменился с древнерусского времени. Низину покрывали болота (притеррасных пойма - авт.) Многочисленные ручьи, реки, озера, большинство из которых похоронена пока под гидронамывом. Для них был характерен естественный пойменный режим, предусматривающий весеннее затопление водами Днепра. Часть этих рек и ручьев было выявлено раскопками на современном Подоле в виде слоев песка и ила в районе ул. Оболонской, Юрковского, Оленивской и Кирилловской. Между ними находились участки материков надпойменных лук, обычно использовались под сенокосы. Названия двух крупнейших известны из источников: это Пунище и Турец. На рукописной карте Киевщины 40-х годов XVII века. на просторах Оболони изображенное многочисленная птица: аисты, утки, кулики и т.д. (Люта, 1998; Климовский, 2002; Попельницка, 2003).

Первое достоверное изображение Оболони дает нам панорама А. ван Вестерфельда, изображающая рекогносцировку литовских войск под Киевом. Как установил еще в 1908 г.. Я. Смирнов этот вид был выполнен с точки севернее современной киевской гавани, откуда абрисы киевских гор действительно выглядят очень похоже. На рисунке мы видим конце двух луков-меандров днепровского рукава - Почайне только с левой стороны большой луга перед стенами города. Такое изображение отличается от прорисовки Почайне на плане И. Ушакова, где она проходит вдоль всех стен города. Однако изображение Вестерфельда, по нашему мнению, является более реалистичным, ведь как свидетельствуют современные остатки Почайне - Гавань, она действительно приближалась под острым углом к ​​Подолу. Почайна еще в середине XVII в. была значительным водотоком: "В Днепре и Почайне многие утонули" (1695 Величко 385, Железняк, 2013).

На Оболони мы видим большие открытые пространства лук, а также отдельные фрагменты зарослей кустарников, в том числе вдоль Почайны. Это вероятно заросли белой ивы, которые были распространены здесь еще в ХХ в. Зато по праву рисунка на более повышенной участке заливных лугов мы видим заросли деревьев, вероятно представляют собой пойменную дубраву. Остатки таких дубрав также еще сохранились в северной части Оболони (в частности ур. Дубище) у залива оз. Верблюд.

В то же время изображение плоской оболонской луга кажется несколько идеализированным, ведь его должны были пересекать отдельные пойменные озера и староречья Почайне.

Согласно плану 1695 Сырец на Оболони впадал в озеро Довгого, которое сейчас разделено на три отдельных водоема в 1970-е гг. Интересна сама название озера. Межувальний акт 1530, который определял земли Кирилловского монастыря на Оболони, подает ее так:

«В озеро Долгое, с давних времен прозиваеме Кирилловская». Итак озеро то же время мало два названия: Длинные, как общепринятую, и Кирилловское, которое за ним пытались закрепить монахи, чтобы в частых поземельных спорах она говорила сама за себя. На плане И. Ушакова 1659 оба названия объединены (Климовский, 2002).

Именно Долгое озеро, является ничем иным как старицей северного потенциального (современного) русла Почайны. Как показывает изображение Почайне на плане И. Ушакова, она тогда протекала существенно ближе к побережью Днепра, чем трасса оз. Долгое - совр. озер Опечень. На плане она не подписана как реку, все же реки имеют соответствующую надпись. «Из Днепра текущей и паки в Днепр впадающим» называл ее преподобный Дмитрий Ростовский (Климовский, 2002).

Парникоза И

Рис.2.4.3.7. Оболонь в XIV-п.п.XVII ст. Показано земельные участки и отдельные топографические объекты: Юрка стал, оз. Коссор, оз. Долгое, которые фигурируют в тогдашних земельных спорах, по (Климовский, 2002) Рис.2.4.3.8. Оболонь в 1799 г .: 1 - коса, которая отложилась после размыва Почайне на Подоле, 2 - коса которая отложилась у Печерского монастыря после размыва Почайне, 3 - Подол, 4 - Иорданское озеро, 5 - Глыбочица, 6 - Сырец, 7 - Куреневка и Приорка

С Вакулишин (2014) указывает, что в представлении XVII-XVIII вв. Почайна начиналась от озера Авлукове (позже Вовлукомья) на Оболони. Позже оно было нанесено на карту как Луковое, а часть его сохранилась до нашего времени к северу от залива Верблюд.

Существовала также еще и Кривая Почайна, которая по описаниям выходила из Кирилловского озера и, упав в Почайну образовывала Иорданское озеро. Как считает Климовский (2002) этому описанию вполне соответствует река плана 1695, которая исходит из Кирилловского озера, впадает в Почайну, образует здесь какое-то водоем (обозначенное внутри Почайне), которое возможно и является Иорданское озеро, а затем впадает в Днепр. Реальность этого изображения, по мнению автора, подтверждается и сообщением П. Розвидовського, что г. Сырец проходит сквозь Кирилловское, Кляшторный и Иорданское озера и впадает в Днепр. Он лишь намеренно назвал Кривую Почайну Сырцом, вероятно желая расширить границы владений доминиканского монастыря, проповедником которого он был. Как считает Климовский, после того как настоящая Почайна исчезла, частично превратившись в Гавань, ее название сохранилось кривой Почайной, действительно конура обычным луговым ручьем, зафиксированным топосъемка XIX в. (Климовский, 2002).

По нашему мнению, Кривая Почайна была еще одним староречья - меандром Почайне, что ответвлялась от нее в сторону кирилловских высот. Загл таких меандров, даже судя по картам XIX в., Как в сторону правого берега, так и в сторону Днепра хватало. Иорданское (Монашеская) озеро было расширенной частью Кривой Почайне, что полностью соответствует приведенному С. Климовским (2002) описания.

Воды Сырца после впадения в озеро Долгое могли идти, как непосредственно в Днепр, так и через Кривую Почайну - Иорданское озеро так же в Почайну и Днепр.

Иорданское озеро существовало до застройки Оболони, после чего был преобразован в карьер для намыва песка, однако гидроним остался привязанным к новому карьерного озера примерно на том же месте. По одной из версий его название происходит от церковного праздника Крещения устраивали прорубь - так называемую «Иордан» для освящения воды. Это озеро, расположенное против монастыря на оболонских лугах, указанное на городских планах 1816 и 1837 Другую версию происхождения названия озера и расположенного над ним монастыря и всей местности, в основе которой лежит слово «Иордан», привел в своем «Описании Киева» известный исследователь истории города М. В. Закревский. Один из киевских паломников, находясь на берегу реки Иордан в Палестине, выпустил из рук серебряный ковш, которым собирался напиться воды. Вернувшись в Киев и посетив указанного выше монастыря, он обнаружил этот ковш в его колодце. Это событие произошло где-то в XI или XII в. Один из источников говорит, что 1544 на этом месте уже существовала деревянная церковь во имя св. великомученика Димитрия Мироточивого. Другой источник указывает на 1520-й год и на церковь во имя св. Николая. 1616 (или 1650) года здесь появился женский Никольский Иорданский монастырь. В помьянику Межигорского монастыря, в записях, датируемых до 1625 поминается род одной из первых игумений Иорданской обители Евдокии Стрельбицкой (Кузьмук, 2011).

А. Попельницка (2003) взамен приводит информацию о том, что первое упоминание монастыря Николая Иорданского происходит с 1524 В 1602 г.. В источниках упоминается Николаевская Иорданская церковь, как расположена «над потоком» (ручьем) за пределами тогдашнего Подола. М. Ф. Берлинский указывает, что в то время храм был приходским. Его прихожанами могли быть жители слобод, расположенных под Щекавицей. В 1616 на ее базе уже функционировал Иорданский монастырь, королевской привилегией подчинен Кирилловском монастырю.

Что касается Почайны то она не исчезла, а наверное только (по сравнению с ситуацией на плане И. Ушакова) изменила главное русло в пользу системы озера Довгого. В 1737 г.., Как мы отмечали в отдельном разделе было перекопано Почайнинская косу, в результате чего она в следующем году была размыта Днепром, и длина Почайне сократилась. По состоянию на конец XVIИI ст. М.Ф. Берлинский так описывает ее:

«Почайна, известная в Жить св. Владимира, ныне Есть не что иное, как большой луговой ручей длиною в две версты, протекающий по Киевоподолом по Оболони в Днепр »(Берлинский, 1991).

Другой важный рэпер-гидроним - это знакомая нам с древнерусского времени г. Юрковица, которую в то время называли Юрка поток. На плане 1659 здесь изображено водяная мельница, а создан его плотиной водохранилище - Юрка стал назван «озером Кирилловского монастыря» (Климовский, 2002). В 1710 г.. Гетман И. Мазепа принял решение о разделении киевских мещан и Кирилловского монастыря на основе предварительной польской королевской грамоты, разделявшей обе стороны прудом Юрковский. В 1747 г.. Киевские мещане засыпали ручей навозом и соломой и присвоили около 60 участков, которые принадлежали монастырю (Вакулишин, 2014). Направление Юрковицького ручья - границы Подола ХVИII ст. сильно колебался в зависимости от водности реки. Иногда он выходил из берегов. Наносами этого ручья перекрыто кладбище ХVИII ст. на Юрковский, 3, которое после этого прекратило свое существование. Юрковица просуществовала до 1908 и была взята в коллектор, а источники из которых она начиналась и сейчас бьют по кирпичным карьером над Подолом (Климовский, 2002)

В грамоте Сигизмунда I (1523) впервые упоминается и расположена на Оболони г.. Водица. Эта несуществующая ныне правый приток Днепра (Почайне), по картам XIX в., Начиналась в болоте синяков, протекала на юго-восток и вливалась в пойменное озеро Белое, соединенное с Днепром (Вортман, 2007). Еще раз упоминается она королевским письмом от 25 февраля 1625 согласно которому братьям М. и Б. Мачохам предоставлено право на владение частью почвы на Оболони, который тянулся через дорогу из Киева в Вышгород к р. Водица (Белоус, 2008). Известно о существовании здесь с 10-х гг. XVIII в. салотопный завода. Река Водица подписано на картах середины XIX в. С карты И. Таирова влияет что на рубеже ХIХ-ХХ вв. река Водица впадала в Белое озеро образуя в устье озеро Вовкулукомья (совр. Луковое) (Вакулишин, 2014).

Загл, Оболонь, XVI- XVII в. работала в структуре городского пространства Киева как аграрно-промышленная зона Подола. Несмотря на пойменный режим оболонских лук, первые поселения по Юрковицей - монастырские слободы, расположились над поймой. Так, Слобода Карпиловка, возникшая у Кирилловской монастыря, находилась вне поймой Оболони на склонах у рек Юрковице и Сырца. В 1620-х гг. Также преимущественно за пределами поймы возникло поселение Приорка (Климовский, 2002).

Как указывал И. В. Лучицкий, в землевладении и землепользовании на Оболони в XVI-XVII в. царила анархия. Хотя ее территория принадлежала замка, однако считалась пустошью и ею пользовались все желающие. Великокняжеской грамотой великого литовского князя Александра 1494 горожанам разрешалось косить сено на Оболони. Это право оставалось за ними и дальше, но город не был единственным претендентом на эти луга. Уже в 1530 свои права, на них заявил Кирилловский монастырь (Климовский, 2002).

В 1530 было осуществлено межевание владений монастыря, граница которых прошел рекой Сырец, а дальше:

«Сквозь лозу промеж Боркив, ручьем в озеро Долгое, с давних времен называете Кирилловского, которое озеро прилегающее к Почайне реки, где и вторая река Кривая Почайна сошлась с той рекой Почайной в озеро Иорданское, с того озера полосовой долиной, что называется Турец, а с турке через Болонье просто к валке стародавние, тем валиком в Юрков стал. Площадь этих угодий составляла около 500 га. Но в XVI в. монастырь еще не мог освоить эти болотистые земли, поэтому смотри сквозь пальцы на хозяйствования здесь другие. Земли к югу от монастырской пределы по линии Иорданское озеро-Юрка стал оставались государственной собственностью и казались воеводами в аренду подолянам и «посторонним людям» (Климовский, 2002).

В общем Оболонские луга использовались в XVI в. для сенокосов, а озера для рыбной ловли. Однако такая ситуация сохранялась лишь до начала XVИI в., Пока население города не возросло настолько, что появились новые претенденты, в результате чего возникали частые поземельные конфликты. В конце XVI в. киевский подвоеводы Ф. Стрибиль позволил селиться по городским валом на Оболони всем желающим, надеясь таким образом решить проблему расширения города. Здесь поселилось много людей, среди которых отличался помощник подвоеводы шляхтич Войцех Соколовский. В 1602 он получил от К. Острожского в условное владение значительный участок на Оболони, границы которой определялись так:

«Дали мы ему плац с огородами на месте пустым, грунтик в Киеве, в предместье. И к тому сенокосы названы Пунища с полями и рощами, при них лежачими, при той же Борки со всеми при принадлежностями к ним. К тому придали мы ореол с песками. При нем лежачими, названное Коссор, над рекой Днепром, к ласке его королевской милости, который тот плац с огородами грунтик в начинается от обоз, заканчивается в потоке церкви св. Николая Иорданского, а с другой стороны к дороге, которая идет из города от новой башни в Демидова, к дороге гостинца Белогородского, на котором так гостинцы свободно ему различные пожить, себе принадлежа, прибавлять, раскапывать, с чего в дальнейшем может быть полезно »(Климовский , 2002).

Дорога в Новую башни на Демидов - это Вышгородская дорога на плане 1695 г., левый бок которой под горами к Юркова ручья отошла к В. Соколовского, «грунтик» которого достигали площади 5 га. На нем оказался и древнерусский Иорданский монастырь. Этот монастырь Находился близко к Подола и его начали разбирать на кирпич достаточно рано. В 1523 г .. Он был отдан вместе с межигорского монастырем и церковью Рождества Христова был отдан за королевские долги киевском купцу А. Дяглевичу, який намеревался стать священником. Долгое время он стоял уже НЕ действующий под патронатом кирилловским монастыря и лишь около 1632 здесь появился женский монастырь Николая Иорданского. Остатки фундаментов Иорданского монастыря были заметны на поверхности еще в XIX в. К. А. Лохвицкий раскопав их принял их за древнерусскую церковь св. Илии (Климовский, 2002).

Указанный ранее В. Соколовский начал свою деятельность с разборки развалин вышеупомянутого древнерусского храма на кирпич для собственного дома. Против благодаря жалобе Кирилловского монастыря демонтаж церкви удалось прекратить. Монастырь начал оказывать вреда В. Соколовскому пытаясь вернуть себе утраченное урочище Пунище. Судебные дела тянулись к смерти В. Соколовского, когда монастырь вернул указанный грунт. В. Соколовскому пришлось также судиться за озеро Коссор Записочный с другим шляхтичем Г. Горским, который был одним из «посторонних людей», которым замковые озера сдавались в аренду (Климовский, 2002).

Другими конфликтующими сторонами на Оболони были, епископ К. Казимирский, магистрат и доминиканский монастырь. Благодаря усилиям доминиканца К. Казимирский и В. Соколовского земли на Оболони, которыми обычно пользовались киевские мещане очень уменьшились. В 1618 г.. Через Кирилловское и Иорданское озера, которые граничили с Кирилловского монастыря, в доминиканцев возникали споры с православным духовенством, а также с мещанами, которые претендовали на эти озера. Не сумев завладеть всеми землями Оболони от Юрковице по Днепр епископ напускал доминиканских монахов, начали забирать скот и лошадей, которые здесь паслись (Климовский, 2002; Белоус, 2008).

К середине XVI и мещане отстаивали право владеть почвами и сенокосами на Оболони в урочищах «Хлопач» или «Чертова баба». По оболонское сено и другие ресурсы разгорались драматические конфликты. Так, 31 августа 1618 киевский староста Федор Ходыка и другие городские чиновники подали жалобу в Житомирский гродского правительства на киевского хорунжего Гавриила Гойского по поводу похищения сена с их сенокосов на «Болонь киевском лежащих», вылова рыбы в надлежащих общине озерах, а также:

«Выдептане и выпасане Пашена, паствискь простолюдинов местких киевских от Вишогорода конм, бидлом вишгородскимь» (Белоус, 2008).

Радцы Д. Мартяновичу удалось отстоять свои права на урочище Котур на которое претендовал киевский городничих Николай Гулевич, о чем свидетельствуют данные иллюстрации Киевского воеводства 1616 где он упоминается как владелец Котир (Котур). Кроме этого, его принадлежали луга на Оболони над озером Витино, недалеко от Вышгорода (Белоус, 2008).

В 1618 г.. Киевским епископом становится Б. Окша-Радошевского, который не принадлежал к доминиканского ордена (был иезуитом), и с этого времени доминиканский монастырь начинает выступать во поземельных спорах по Оболонь уже самостоятельно. До 1628 г.. Доминиканцы завладели огромной частью Оболони к северу от. Сырец и до современной Пуще-Водице. При этом доминиканцы захватили мещанский почву Котур. Мещане после нескольких обращений наконец получили поддержку воеводы на возвращение этого участка. Однако, монахи не вернули почвы, мельницы и остров Котур и поселок Некрасовское на р. Котур (современный Святошинско-Пуще-Водицкий лес). Противостояние города и монахов нашло отражение в делах Люблинского трибунала. Доминиканцы пытались присоединить еще и часть магистратской Оболони - сенокос Ковальскую, находящуюся в Иорданским озером. Указанную сенокос захватил еще в 1615 К. Казимирский, но после смерти епископа доминиканцы сумели ее присвоить и продолжали претендовать на оболонские земли в размерах, указанных К. Казимировським в 1602 Только в 1656 Б. Хмельницкий вернул эту сенокос кузнечном цехе . Сенокос Ковальская является на плане оболонских сенокосов 1848 находилась к востоку от Почайны. Рядом были расположены и другие цеховые городские сенокосы. Которые имеют достаточно красноречивые названия: Кравецкая, Кушнирская, Рымарская, две бывшие вийтивски. Они свидетельствуют, что именно здесь находились участки, которыми пользовался магистрат еще в XV-XVИI ст. всего в первой половине XVII в. замковые земли, арендованные магистратом, значительно уменьшились, хотя бывшие владения В. Сколовский и вернулись в государственный земельный фонд (Климовский, 2002; Белоус, 2008).

Небольшие участки на Оболони имели также Печерский монастырь и церковь Николая Притиска, с которыми Кирилловский монастырь в 1626 провел разграничение. Согласно акту 1691 сенокос церкви Николая Притиска находились между Кирилловской и Иорданским озером (еще одно свидетельство его существования в то время). Две сенокосы на Оболони: Сверщевский и Соленкивську, приобрел в XVII в. Богоявленский Братский монастырь. Проявлением признания заслуг Киево-Могилянской коллегии была передача в 1651 году. Б. Хмельницким Братском монастырю огромных владений доминиканцев вокруг Киева, в частности их части Оболонских лук (Климовский, 2002).

В первой половине XVII в. Оболонь оказалась почти полностью разделенной между различными землевладельцами, среди которых крупнейшие владения имели Кирилловский монастырь, доминиканцы и епископ. Фонд замковых земель неуклонно уменьшался и для подольских мещан стала реально угрозой оказаться без собственных сельскохозяйственных угодий. Кроме того все чаще отдельные участки здешних угодий закреплялись за определенными лицами, создавало условия для их дальнейшей приватизации (Климовский, 2002).

В течение XVI и - XVIII в. мещане продвинули свои владения до места впадения р. Сырец. Разграничение 1691 имений города и монастыря (Кирилловского) определило границу владений «от улицы Бискупский от обоз и ставку Юркова к р. Сырец». В судебном приговоре 1701 спорными назывались «земли под Щекавицей, на Оболони и Плоский лес» (Попельницка, 2003).

Во время визита Петра в Киев 1706 на Оболонских лугах расположились войска Меншикова (Рыбаков, 1997).

Как уже указывалось, 1747 мещане засыпали Юрка ручей, и к тому которую русло было вновь расчищено присоединили на заречной территории 60 усадеб. Знание Кирилловского монастыря Плоськолиська слобода и слобода Карпиловка перешли в ведение города только после секуляризации монастырских земель 1786 К тому времени мещане арендовали у монастыря землю под дома и огороды (Попельницка, 2003).

Увидеть северную Оболонь, в частности район современных заливов Оболонской и Собачье устье, остров Зеленый (совр. Коса Оболонской залива) можно на карте 1799 назван Безымянным. К северу от него показана коса (остров) - совр. залива Собачье Устье. На обоих островах (совр. Косах) располагались сенокосы. Северная Оболонь показана как разделена на отдельные участки-сенокосы.

Таким образом, в начале XIX в. Оболонь, представленная главным образом пойменными лугами и водоемами, продолжала представлять собой сельскохозяйственную окраину Подола. Однако после пожара 1811 года. Было распланировано новые улицы в наиболее возвышенных участках вдоль киевских круч, в частности совр. ул. Кирилловская, которая проходила бывшим Вишгородским путем и соединяла Подол с пригородом Приоркой.

предыдущий раздел | содержание | следующий раздел